Жанр: Полицейский детектив, издательство Литагент1 редакция0058d61b-69a7-11e4-a35a-002590591ed2, год 2018. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox. Ru ЛибФокс или прочесть описание и ознакомиться с отзывами. Спокойствие заснеженного Нью-Йорка нарушает громкая новость: найден мертвым знаменитый музыкант. Выясняется, что на теле погибшего оставлено своеобразное послание в виде сердца с инициалами «Д» и «Э». Кто, а главное — зачем совершил жестокое убийство? Лейтенант Ева Даллас понимает, что в городе орудуют двое — мужчина и женщина, на чьем счету уже числятся подобные страшные преступления. У лучшего полицейского города и ее команды есть всего несколько дней, чтобы спасти очередную жертву и остановить злодеев, прежде чем их жуткая игра зайдет слишком далеко. Глава 1 Первого убили случайно. Захотелось приличную тачку — просто приличную, даже не крутую — их собственный драндулет закашлял, подергался и испустил предсмертный хрип, как только они пересекли границу Оклахомы с Арканзасом. Что делать дальше, придумала Элла-Лу. Она всегда отличалась смекалкой и воображением, а после встречи с Дэррилом поверила, что мечты сбываются. Она тогда работала в ковбойском баре захолустного местечка Драй-Крик, которое многие величали «подмышкой», — располагалось оно на том узком клочке Оклахомы, что вклинивается в Техас. Грезы Эллы-Лу оставались грезами. Парень, с которым она жила, сын шлюхи Коди Бейтс, наградил ее фингалом, разбил губу и бросил валяться на земле у входа в означенный бар. Элла-Лу чувствовала, что создана для доли лучшей, чем подавать пиво и ядреный виски ковбоям и их бабам с безжалостными глазами; чем подрабатывать, перепихиваясь в туалете и отсасывая в машине у мужиков, которые смердят перегаром и не загадывают дальше очередного рейса. Лучшая доля вошла в «Ковбой и лассо» одним судьбоносным вечером в лице Дэррила Ройя Джеймса. Элла-Лу с первого взгляда поняла — вот он! Тот, кто нужен, чтобы жить полной жизнью и превратить грезы в реальность. Потом она рассказывала, что, когда он вошел в бутафорские салунные двери, от него исходило золотисто-алое свечение. На волосах плясали закатные отблески, а голубые глаза сияли, чистые, как озерная вода с открытки. Она сразу все поняла. Дэррил был другим — не чета завсегдатаям «Ковбоя и лассо», которые воняли хлевом и щипали за задницу. После короткого и страстного брачного танца, когда Дэррил буквально пришпилил ее сначала к дверце туалетной кабинки, а потом к стене у выхода, он сказал ей то же самое. Едва взглянули — полюбили! Шекспир, или, как он его называл, пройдоха Уилли. Дэррил почитывал его в колонии для несовершеннолетних техасского Дентона, куда угодил в шестнадцать лет. В восемнадцать он вышел и попал прямиком в помощники к механику, бойфренду матери. Моторы слушались Дэррила, как других — лошади. Барлоу, который своими придирками доводил Дэррила до бешенства, говаривал, что, вкладывай он в работу столько же энергии, сколько в мечты куда-нибудь сдернуть, — стал бы миллионером. Дэррил же никак не мог понять, зачем упахиваться до смерти, когда существует много других способов получить желаемое. Лучший из ему известных — позаимствовать у соседа. И все-таки, опасаясь тюряги, он проторчал в ненавистном гараже три года — целую вечность! А потом прикарманил шесть тысяч восемьсот долларов. Недоумок Барлоу выручил их за левые сделки и прятал у себя в кабинете в столе с двойным дном. Кроме того, Дэррил разжился кое-каким оборудованием, запчастями и взломал витрину с ценным охотничьим ножом, рассчитывая загнать его по хорошей цене. Собрал вещички, пока мать была на вечной каторге, обслуживая посетителей кафе за нищенскую плату и еще более убогие чаевые. Сунул в карман три тысячи двести баксов из кошелька, который она держала в жестянке с мукой. Всего выходило десять кусков. Считая себя хорошим сыном, не тронул последние шестьсот сорок шесть долларов и приложил записку: Спасибо, ма! Погрузил все в угнанный пикап и распрощался ко всем чертям с оклахомской Глушью. В «Ковбой и лассо», а заодно и жизнь Эллы-Лу Дэррил вошел в свой двадцать первый день рождения. Они решили, что это судьба, ибо стали друг для друга настоящей манной небесной. Не прошло и суток, как она забросила в его машину рюкзак со своими сокровищами земными и села рядом. Ехали быстро, сорили деньгами направо и налево, воровали в охотку и при всякой возможности трахались, как кролики. К тому времени, как Дэррила арестовали в Талсе за попытку стянуть обручальное кольцо для любимой, — просадили все до последнего цента. С учетом охотничьего ножа, Дэррилу дали четыре года и препроводили в тюрьму, на сей раз в Оклахоме. Устроилась в бар, перебивалась, отсасывая у клиентов. Ни разу, ни за какие деньги не пошла дальше. С рвением, не посрамившим бы святого отца во время воскресной мессы, она каждую неделю навещала Дэррила и на очередном уединенном свидании забеременела. Дэррил читал Шекспира, ковырялся в моторах, компьютерах и прочей электронике и учился делать бомбы. Иными словами, приобретал знания, которые пригодятся на свободе. Элла-Лу назвала дочь Дарра, в честь Дэррила, и отвезла кроху в Элк-Сити к бабушке. Застряла там на целых десять дней и чуть не сдохла от долгой разлуки с любимым. Зато бабуля успела привязаться к внучке, а отчим ослабил бдительность. Зная, что мать не позволит отчиму натравить на нее полицию, Элла-Лу прихватила прабабкино серебро — оно досталось бы ей так и так, — бросила младенца и помчалась в Мак-Алестер, чтобы успеть к дню свидания. Может, когда-нибудь им захочется оседлой жизни и они вернутся за дочерью. А пока надо жить и любить каждую минуту на полную катушку — как говорил Дэррил, что поделаешь, роковая любовь! Ребенок в нее не вписывался… Дэррил вышел через три с половиной года за хорошее поведение. Элла-Лу ждала его у ворот в облегающем белом платье и красных шпильках. Только-только дотянули до мотеля, как платье уже полетело на пол, а туфли — к потолку. Оба согласились, что на Мак-Алестер станут смотреть только в зеркало заднего вида, и провели ночь за сексом, закуской и игристым вином, которое Элла-Лу попятила в баре, где больше не будет ни работать, ни отсасывать. Она хотела перебраться к Атлантическому океану, мечтала об огнях и шуме большого города, который так не похож на Оклахому. Заявила Дэррилу, что их судьба — Нью-Йорк, единственный мегаполис им под стать, огромный и яркий. И потому, когда машина зачихала, Дэррил пустил в ход навыки механика, а также запчасти, снятые с чужого авто на парковке, и продолжил путь на восток. Орало радио, рядом, словно продолжение его самого, свернулась калачиком Элла-Лу. Несмотря на все старания, драндулет не выдержал расстояния и скорости и подох как собака. Вот тогда у Эллы-Лу и родилась идея… Дэррил кое-как убрал пикап с дороги, а она изучила данные бортового компьютера и решила попытать удачи на двенадцатом шоссе к югу от Бентонвилла. Вытащила из сумки белое платье и шпильки, подкрасила губы и, наклонившись, расчесала пятерней длинные светлые волосы. Ставку делала на мужчину, одинокого, — такой, завидев ее, не проедет мимо. Платье облегало крутые бедра и всю ее ладную фигуру, а волосы рассыпались по плечам, точно у сирены. Элла-Лу рассмеялась и отпихнула Дэррила, который попытался схватить ее в охапку. И не маячь у дороги. Какой-нибудь мужик наверняка остановится помочь! Мать честная, Элла-Лу, ты заводишь, как черные кружевные трусики! Женщина может остановиться, а может и нет. Две женщины — тоже не исключено, а двое мужчин — наверняка. В общем, кто его знает… Рано или поздно, малыш, мы своего дождемся! Она провела пальцами по губам, потерлась бедрами о пах Дэррила, отчего тот застонал, и легонько подтолкнула его локтем. Смеркается, а люди охотнее помогают, пока светло. Как я прикинусь беспомощной, если рядом сильный красивый мужчина? Место она выбрала удачно, даже слишком, — солнце уже садилось, а мимо не проехало ни одной машины. Дай мне время поиграть, а потом выходи и заканчивай как надо. Она встала около пикапа, молитвенно сжав руки, и придала большим голубым глазам выражение надежды и страха. Лицедействовать ей всегда нравилось. Когда автомобиль — очень даже приличный — притормозил, Элла-Лу еще больше раззадорилась. Водитель опустил окно и наклонился к ней через сиденье. В годах, лет пятидесяти. Дэррилу нетрудно будет его вырубить, связать и оттащить в кусты. Хотела звонить брату — это его пикап, — но телефон не работает, или, может, я забыла оплатить. Вечно что-нибудь забываю… — Заправиться-то не забыли? Генри, мой брат, залил полный бак. Генри Бим так звали их историка в старших классах , из Фейетвилла. Мне иногда кажется, его все знают.
